Последнее интервью Бориса Березовского и послесловие от Эдуарда Лимонова

Корреспондент Forbes встретился с Борисом Березовским за несколько часов до его смерти

В журналистике есть такая практика: иногда с главным героем публикации репортер встречается «не под запись», только для того, чтобы тот объяснил свои действия, не давая интервью. Березовский не встречался ни с кем из журналистов с момента решения суда по его иску к Роману Абрамовичу. Он сменил телефон, не отвечал на письма, не давал интервью. До вечера пятницы.

Дом в Аскоте, графство Беркшир, где жил и умер Борис Березовский

Информация о нашей встрече и это интервью, которое почти наверняка стало последним в его жизни, не должно было быть опубликовано. Я пообещал это Борису Березовскому. Живому. Когда видел его вчера. Теперь ситуация изменилась, я чувствую себя обязанным рассказать о встрече, которая была одной из последних в его жизни

Встреча должна была состояться за день до этого, но Березовский позвонил, извинился и сказал, что приболел. «Простуду подхватил», – проговорил он еле слышным голосом. Но уже на следующий день днем он перезвонил и предложил подъехать. В ресторане при отеле Four Seasons было шумно. Играл рояль, рядом вели переговоры арабские предприниматели.

«Как вы себя чувствуете?» — спросил я Березовского, чтобы как-то начать разговор.

«Спасибо, хорошо. А что вы спрашиваете?» — немного нервно переспросил Березовский. Выглядел он неважно. Потертая черная водолазка, повязанный наспех черный шарф, пиджак. Березовский смотрел на меня испытывающе, исподлобья. Ему было важно, чтобы я отключил все средства записи, чтобы это был простой разговор, а не интервью. Я пытался с ним говорить о бизнесе, но быстро понял: бизнес давно перестал быть темой интересов Березовского.

— Не я управлял бизнесом. Когда деньги за ОРТ и «Сибнефть» пришли, я отдал Бадри (Бадри Патаркацишвили. — Forbes), полностью передоверил ему управление своими финансами. На политические проекты я брал столько, сколько мне было нужно, остальным занимался он.

— То есть вас Бадри практически подставил?

— Я всегда плохо разбирался в людях, в их человеческих качествах. Я всегда оценивал их ум, смелость, но заблуждался я и в случае с Бадри.

— Но это же один из ваших самых близких друзей...

— Я и сегодня его оцениваю как друга. Но ни с Абрамовичем (Романом Абрамовичем. — Forbes), ни с Бадри я не позаботился оформить договоренности документально.

— А как же процедура бизнес-развода, которую вы запустили еще до ухода из жизни Бадри?

— После того как повысились политические риски, мы с Бадри решили объявить публично о разводе, что мы начинаем процедуру развода. Это была защита против атаки на наши активы. Развод никогда не был реальным. Мои отношения с ним никогда не были как отношения настоящих партнеров. Партнеры должны были позаботиться об экстремальных случаях.

Березовский сделал паузу и слабо улыбнулся:

— Я не ожидал, что Бадри умрет раньше меня.

— Вы скучаете по России?

— Вернуться в Россию... Ничего я больше так не хочу, как вернуться в Россию. Когда даже завели уголовное дело, я хотел вернуться в Россию. Даже когда завели уголовное дело! Только по совету Елены Боннер остался. Главное, что я недооценил, — что мне настолько дорога Россия, что я не могу быть эмигрантом.

Я изменил многие свои оценки. В том числе самого себя. Это касается того, что есть такое Россия и что есть Запад. Я абсолютно идеалистически представлял возможность построения демократической России. И идеалистически представлял, что такое демократия в центре Европы. Недооценил инертность России и сильно переоценил Запад. И это происходило постепенно. Поменял свое представление о пути России...

Я не должен был уезжать из России...

— Если бы вы остались в России, то вы бы сейчас сидели в тюрьме. Вы этого хотите?

— Сейчас, оглядываясь на то, как я прожил эти годы в Лондоне...

Березовский медленно посмотрел перед собой, потом прижал руку к груди — она у него тряслась. Он повернулся ко мне и долго смотрел мне в глаза. Наконец сказал:

— У меня нет сейчас ответа на этот вопрос... Ходорковский... сохранил себя.

Тут Березовский посмотрел под ноги, потом быстро кинул взгляд на меня и стал говорить быстро, как будто оправдываясь:

— Это не значит, что я потерял себя. Но я пережил гораздо больше переоценок, разочарований. Ходорковский все же меньше. Я... потерял смысл.

— Жизни?

— Смысл жизни. Я не хочу сейчас заниматься политикой.

— А что же делать?

— Я не знаю, что мне делать. Мне 67 лет. И я не знаю, что мне дальше делать.

Березовский долго-долго смотрит мне в глаза.

После этого некогда самый могущественный бизнесмен и политик России говорит, что хочет вернуться в науку и был бы счастлив в России заняться ею, ведь когда-то он носил звание действительного члена Российской академии наук. Однако когда я предложил подробно поговорить о науке, Березовский явно не горел желанием общаться на эту тему. Похоже, он сам не верил ни в возвращение на родину, ни в в науку. Стараясь ободрить, обещаю, что в следующий раз встречусь с ним в Москве... в Академии наук. На что Березовский мрачно усмехается:

— Хорошее уточнение.

Источник: forbes.ru

И вот он ушел от всех нас. Лимонов о Березовском

Я его никогда не встретил.

Мы были по разные стороны баррикад.

В 90-е, помню, нацболы демонстрировали у здания офиса «Логоваза», протестуя против него.

Я выступал. Из здания тогда вышли хмурые такие битюги в черных костюмах, и при галстуках и недобро наблюдали за нами.

Закончив митинг, мы свернули транспаранты и флаги, и ушли к метро, скандируя наше традиционное «Мы сюда ещё вернёмся!»

В другой раз, я помню, когда его дочь Лизу, застукали где-то в ночном клубе с кокаином, мы проводили митинг у «Аптеки № 1» на Никольской улице, где требовали сурового наказания для этой Лизы, что-то с ней требовали суровое сделать, уж не помню что, но лозунги у нас были якобинские. Намерения самые крайние.

Потом я оказался за решёткой, а он в эмиграции, то есть позиции сблизились.

Когда я сидел в Саратовской тюрьме, дожидаясь приговора, Борис Березовский прислал на моё 60-летие (юбилей отмечали без меня в Центральном Доме Литераторов 22 февраля 2003 года) чек на 10 тысяч фунтов стерлингов, и бутылку старого коньяка урожая 1943 года.

Деньги пошли на покрытие расходов по судебному процессу, расходов там было море необъятное, а бутылку коньяка я впоследствии распил с товарищами, освободившись из лагеря.

Выпив коньяк, я позвонил ему в Лондон и поблагодарил.

На моём месте так сделал бы каждый, кто считает себя джентльменом.

Все годы он следил за мной, а я следил за его судьбой. У меня были проблемы, и у него тоже. Общий знакомый сказал мне как-то, что он потерял тучу денег со смертью Бадри Патаркацишвили, якобы на Бадри были записаны капиталы Березовского.

Он пытался влиять на Россию, но уже не влиял.

И вот он ушёл от всех нас.

Детали смерти пока нам не известны. Да и многие детали его жизни остаются неясны.

Несомненно, что он был крупный человек, большой человек его эпохи. Его эпохой были крутые девяностые, на которые он оказал влияние.

Он пытался ставить и свергать «царей» своего времени. Свергать и ставить не удавалось, но в какие-то годы он имел на власть влияние. То, что он бывал в своё время нужен руководителям государства, сомнений не вызывает, как и то, что он завоевал себе право находиться рядом с ними.

Как-то его упрекнули, что он рвётся к власти. Он остроумно ответил, что власть ему самому не нужна, ему достаточно быть «евреем при царе».

И он им был однажды. Несколько лет.

Он был из одного времени с отчаянным отмороженным Басаевым, который приказал, помните, снять на видео, как ему отпиливают ступню без общего наркоза.

Он был одного времени с экзотическим Хаттабом с иссиня чёрными ассирийскими локонами.

Одного времени с запойным правителем Руси русским мужиком Ельциным, простодушно расстрелявшим как-никак парламент из танков.

Одного времени с генералом Александром Лебедем, «два пернатых в одной берлоге», и «упал- отжался!», помните ?

Он был одного времени с чёрт знает, каким мордвином, что ли, Черномырдиным с его «хотели как лучше, а получилось, как всегда»...

Грубоватые, и, видимо, безжалостные, эти ребята, как исторические персонажи были куда ближе к героям Шекспира, чем к героям Интернета.

Какие характеры! Ну, согласитесь, что они были великолепны, пусть и принесли немало Зла.

Подсознательно, я видимо, всегда испытывал симпатию к представителю грабительского капитализма Борису Абрамовичу Березовскому, несмотря на то, что я сторонник экспроприации и национализации и раскулачивания олигархов. Просто потому что энергичные и беспокойные типы мне всегда нравились. Даже если они из чужого лагеря.

Ну что, пусть он на том свете найдёт тех, с кем общался на этом, и подсядет к их столу.

Прощай, Абрамыч ! Будем помнить !

Эдуард Лимонов, Известия

P.S.

Друг Березовского считает, что олигарха задушили

Бывший замдиректора «Аэрофлота» Николай Глушков, являвшийся другом олигарха Бориса Березовского, утверждает, что бизнесмен не покончил с собой, а был задушен. Об этом сообщает газета The Guardian.

Бывшая жена Березовского Галина, которая прибыла на опознание, рассказала, что рядом с телом покойного был обнаружен шарф. При этом в полиции утверждают, что пока нет оснований подозревать, что в смерти олигарха кто-либо замешан. Тело Березовского было обнаружено в субботу 23 марта в ванной его дома в графстве Беркшир. Официальных версий гибели бизнесмена пока озвучено не было. Предполагается, что вскрытие, которое поможет установить точную причину смерти бизнесмена, состоится сегодня 25 марта, сообщает ИТАР-ТАСС.